Анна Степнова (anna_stepnova) wrote,
Анна Степнова
anna_stepnova

Categories:

«Я — ваш общий голод»

Посвящается приезду в Волгоград бывшего вице-мэра Константина Калачева. Текст опубликован в газете «Деловое Поволжье» в 2004 году. Подзаголовок интервью такой: «Население уже замучилось посылать черные метки своей элите, а та все не понимает». Конечно, он посылает сигналы, расставляет оценки и по сиюминутным потребностям, но много осталось актуальным и сегодня.

Фурор, который произвело в стране письмо Ходорковского, показал, что взаимоотношения народа и элиты — больной вопрос для всех мало-мальски думающих людей. И особенно больной вопрос для Волгоградской области, где на последних выборах и явка была низкой, а выборы в горсовет и вовсе оказались на грани, потому что почти в трети округов избиратели голосовали против всех. И дело не в том, сколько конкретно голосов получил здесь В. Путин. Народ посылает власти сигнал. Но слышит ли его власть? Понимает ли, что ей хотят сказать? Вице-мэр Волгограда Константин КАЛАЧЕВ считает, что нет.

Чего хочу? Чего-то свежего

— Люди хотят чего-то нового, свежих фигур. Люди хотят, чтобы политика была сколько-нибудь прозрачная, сколько-нибудь ответственная и сколько-нибудь честная.
Выбрали Горюнова в Госдуму. Это была черная метка нашему мэру Ищенко: прежде чем дядю в депутаты двигать, ты сперва что-нибудь сделай, а уж потом дядю давай. Горюнов в горсовет выдвинул Есипова. Самый популярный игрок «Ротора» — и не прошел. Это что значит? То же самое: мы тебя, товарищ Горюнов, выбрали, — так ты что-нибудь сделай, прежде чем двигать своих футболистов.
Население уже замучилось посылать черные метки волгоградской власти, а власть все не понимает. Поэтому здесь возможно всякое. Приедет гастролер типа Митрофанова, и ведь изберут губернатором. Назло. Потому что у людей, которые считают себя элитой, абсолютно потеряно чувство ответственности. Политика — это всегда двойные стандарты, элементы цинизма и т. д. Но не в такой степени, как в Волгограде. Здесь настолько политика оторвана от народа, настолько большой разрыв между элитой и основной массой населения, что уже ни в какие рамки не лезет.
— На выборах в горсовет в нашем самом центральном из всех городских округов кандидаты дают советы: чем поливать свеклу, чтобы она стала слаще. Это к тому, что элита знает о народе.
— Да, Волгоград уникален оторванностью элиты от простых людей. Причем те, кто называет себя элитой, по большому счету ничего не сделали, чтобы так называться. Есть люди, которые сделали: они не воруют, а строят, открывают супермаркеты, кинотеатры. Но их не избирают, и не из зависти, не потому, что они плохие. А просто их не видно в этой пропасти. Можно сказать, в Волгоградской области складывается революционная ситуация. Верхи не могут, а низы их не хотят.
— И вы считаете, что это уникально?
— Не уникально, но здесь все обострено. Где еще могли избрать сенатором сына министра Артюхова? Вот вам иллюстрация самоуважения элиты. Но есть же свои уважаемые люди. Возьмите бывшего губернатора Шабунина, бывшего предгорисполкома Атопова. Есть и другие.
— А что такое элита?
— Лучшие люди. Но не по самооценке, а признанные другими.
— Это еще не все. Это люди, которые берут на себя ответственность за происходящее вокруг. В науке, в искусстве, в отрасли экономики, в политике… Или хотя бы во дворе.
— Согласен. Но недавно я услышал такое предложение о структуре нового горсовета: она должна быть такой, чтобы удовлетворить амбиции всех. Отлично! Куда дальше?
— Но ведь в последнее время актуально ставить именно амбициозные задачи. И ведь такая тонкая грань между самозванством и ответственностью «я должен это сделать, потому что могу».
— Тонкая. Если нет обратной связи, нет отклика от общества, ее и не увидишь, эту грань. Настоящий политик умеет приспособиться под окружающую действительность, а не гнуть ее под себя: «или по-моему, или никак». Ну это же как в сексе: можно по любви, а можно изнасиловать. Может, кто-то от насилия больше удовольствия получает?.. Это я опять к начавшейся губернаторской кампании. Почему нельзя строить ее на позитиве? Нет, надо обязательно опустить город, чтобы доказать всем, что коней на переправе не меняют. Еще как меняют.
— Вы говорите, что власть должна сделать хоть что-нибудь. Что-нибудь — это что?
— Для начала — хотя бы минимальная открытость у власти должна быть. Ведь власть становится все более закрытой. Вот вы знаете, как, по какому принципу в администрации области принимаются решения? Кто или что на них влияет? Все носит какой-то волюнтаристский характер. Я так решил — и все.
— Это разве принципиально для широких масс?
— Нет, наверное. Но посмотрите опросы общественного мнения в области. Когда спрашивают, каким должен быть политик, уже много лет на первое место ставят честность и порядочность. А если нет открытости, как мы узнаем, что человек честный и порядочный? Нет диалога между властью и населением. Все в одну сторону. Власть не говорит, а изрекает. Не общается, а вещает. Бронзовеют мгновенно.
— Среда позволяет, значит.
— Среда, да. Но и воспитания не хватает. Стержня внутри. Смотрите — в одном самолете летят два местных депутата Госдумы. Один в бизнес-классе, другой — в эконом. Вы думаете, второй работает на публику? Да у них у обоих избиратели самолетом не летают. Они на тракторе ездят. Это позиция. Скромность и волюнтаризм — вещи, друг другу противостоящие.

Наши князи в грязи

— Отрыв элиты от народа — это в материальном смысле?
— И это тоже. Но больше — в социокультурном, этическом, нравственном. Иногда создается впечатление, что люди, стоящие у руля, и люди, которые их избирают, — это два разных народа. Земляне и инопланетяне. Разные языки, мораль, жизненные принципы и так далее.
— Ну языки-то причем? Губернатор или депутат не сумеют с трактористом поговорить?
— Сумеют. Но тот потом скажет: барин приехал. Ехал барин, остановился: ну как, мужики? Да ничего, благодарствуем, барин. Читайте классику XIX века, там все есть.
— Да можно и поближе взять — XX век, «Окаянные дни». Но разве эта дистанция — не естественна?
— После стольких-то лет советской власти?! Старые советские политики вызывают больше симпатии, потому что у них нет вот этого «из грязи в князи». Они тоже были оторваны от народа, но не настолько, как сейчас. А сейчас у нас формируется такая псевдоаристократия. Отсюда мода получать всякие титулы, создавать дворянские общества…
— Вручать друг другу золотые арки и олимпы…
— Вот от этого меня просто плющит. Ведь и так все знают, кто чего стоит. Зачем?.. Имитация. Вчера мы никто — а сегодня мы всё.
— Естественная болезнь роста.
— Может быть… Но ведь и дети таких людей не становятся другими. Они усиливают родительские черты.
— Как знатная тусовщица Ксюша Собчак?
— Вот именно. И в результате получается псевдооткрытость: все знают, кто с кем спит, кто что пьет, кто и почем покупает яйца Фаберже. Вечная ярмарка тщеславия. А население живет совсем другой жизнью, и пропасть растет. В демократических странах инстинкт самосохранения подсказывает — власть и богатство не демонстрировать. А у нас? Я вам могу всяких историй нарассказать про поведение нашей элиты…
— Например?
— Крупный чиновник в ресторане выбрасывает из гардероба чужие вещи в поисках своих. Орет на официанток, унижает их. А потом мы удивляемся, почему здесь больше, чем в других регионах, голосуют за КПРФ. Да потому, что в других регионах элита не так вопиюще оторвана от народа. Думаю, это следствие неукорененности. Есть города с традициями, со своей городской культурой. Там многое не прощается. За недостойное поведение вычеркивают из общества. А здесь? Бывший мэр в интервью называет себя крупным предпринимателем. Это через полгода после ухода из администрации. Обещает открыть «Рамстор». Но это ж многомиллионный проект. Денежки откуда? Все знают, откуда. И ничего. Все знают, как за сенатора в думе голосовали. Как денежки раздавали. И ничего.
— «Стыда не бойтесь, осуждений не будет. Есть границы, за которые осуждение не переходит: я могу предложить вам такое громадное содержание, что самые злые критики чужой нравственности должны будут замолчать и разинуть рты от удивления». Это, если помните, Островский. «Бесприданница».
— Ну и что — это образец для поведения? Я не революционер, но в Волгограде некоторых представителей элиты хочется гнать поганой метлой.
Волгоград — миллионный город, но в вопросах, касающихся политики, — самая глухая провинция. Город совершенно европеизирован, никакого провинциального говора нет, одеваются красиво, умные все, замечательные. Но политика — как на Чукотке. Некоторые вещи вообще ни в какие ворота не лезут. Например, то, что происходит вокруг горсовета, эти попытки поломать итоги выборов. Нельзя так делать только ради того, чтобы Ищенко нагнуть.

С Путиным на дружеской ноге

— А что — в других регионах не так?
— Не так цинично, не так открыто. Тоже есть торг, интриги. Но такой хлестаковщины, чтобы человек мог строить уважаемых в городе людей только на том, что у него связи в Москве, — такого нет нигде.
— Ну неужели?
— А где, где еще? В Волгоградскую область, оказывается, можно приехать, за месяц до выборов прописаться и почти что выиграть. На Алтае есть юморист Евдокимов, но он местный, свой. А сюда приезжает человек и говорит: я с Путиным знаюсь. И это действует. На самом деле везде люди сами определяются, Москва потом уже признает или не признает. Мне обидно за город, за область. Здесь есть замечательное новое поколение. Предприниматели Гончаров или Волков — оба могли бы быть мэром или губернатором. Или Чувальский — как он неожиданно раскрылся в областной думе. Сравните стадион, который сделал Горюнов для «Ротора», и стадион «Олимпия» Чувальского. Но Горюнов — звезда, а Чувальский — нет. Здесь на клетке слона прочтешь надпись «верблюд», и вообще все таблички перепутаны. И еще вот этот пиетет насчет столичных штучек-дрючек. Мне уважаемый человек говорит: «Вот этот будет губернатором. Это большой человек, мы с ним к Суркову зашли, он его Славой называл!» Ну и что? Этого достаточно? Может, хватит уже на Москву смотреть?
— Однако ж практика приглашения сенаторов со стороны не нами придумана.
— Эта практика — для регионов, где нет своих выдающихся людей. Есть и продажа за деньги, продажа за влияние. Но нигде не катит такая явная хлестаковщина, как в Волгограде. С одной стороны, все крутые, а с другой — готовы полюбить каждого заезжего жулика.
— Вы сходитесь с местными политологами в оценке состояния политической инфраструктуры. Они жалуются, что город подвержен чуждому влиянию. А вы говорили, что здесь не хватает собственных экспертов, лидеров общественного мнения, чье слово весомо и для избирателя, и для политика. Нет социолога, который мог бы сказать кандидату: капитан, никогда ты не станешь майором. Или наоборот.
— Социологи есть, но они не признаны, не востребованы. Как и журналисты, которые в других городах светят, как звезды, а тут сникают.
— Это ж нормально. Наши становятся звездами где-то, а сюда приезжают другие — и тоже становятся звездами. Вы же сами сюда привозили журналистов — откуда? Из Липецка? Нет пророка в своем отечестве.
— Тем не менее, есть самодостаточные регионы, где чужим делать нечего: Пермь, Екатеринбург, Челябинск. Вы хотите сравнивать свой регион с Рязанью или Липецком? Некорректно. Они намного меньше. Сравнивайте с Нижним Новгородом. Кстати, журналистка, которую я сюда привез, вышла замуж и теперь живет в Волгограде.
Почему есть челябинский клан в Москве, есть липецкий, есть питерский, эти вообще пол-Москвы захватили. Но нет волгоградского.
— Что ж так?
— Ну, наверное, уже цель потеряли в местечковых разборках. У каждого своя маленькая ярмарка тщеславия, крошечная, но своя. Поэтому в городе нет делового сообщества. Газета деловая — есть, «Деловое Поволжье» — идеально качественная газета. А деловой жизни — нет. Политика? Имитация. Деловая жизнь? Тоже имитация. Есть настройка, нет базиса. Выкрошился. Что произошло? Мне кажется, в начале 90-х здесь нарушился естественный ход вещей, пассионарность города ушла вместе с финансовыми пирамидами. Город впал в спячку.

Маршальский жезл в солдатском ранце

— Вы его еще не разбудили? Или то, что сейчас происходит в городе, — это называется «разворошить муравейник»?
— Волгограду нужны перемены, но кто эти перемены реально может обеспечить? Молодые, прогрессивные, или, может, наоборот — соль земли волгоградской, то есть не очень молодые, не очень прогрессивные… Нужно как-то все это объединить — молодых-прогрессивных и соль земли. Молодых-прогрессивных научить быть объединенными и сильными, от соли земли взять лучшее. Моя задача — убеждением обеспечить взаимопонимание между этими не срастающимися, казалось бы, кругами.
— Но ведь именно с вами в политтусовке связывают понятие «черный PR», именно вас считают ответственным за грязные выборные технологии. Справедливо или нет, это другой вопрос, но ведь вами местные политики пугают своих детей: пока Ищенко с Калачевым не появились в Волгограде, мы тут были девственно чисты.
— Калачев, о котором вы говорите, — не тот реальный Калачев, с которым можно пообщаться. Это коллективный феномен. Я — коллективный голод людей, с которыми я здесь работаю, которые меня знают. Я выражаю определенные настроения и интересы. И вообще я считаю, что принес больше пользы, чем вреда: в политике появилась конкурентная среда.
— Опять какая-то уникальная ситуация. Обычно тем, о чем вы говорите, занимается выборное лицо. У нас наоборот: мэр занимается арендой и трубами, а для решения политических вопросов он нанимает вас?
— Совершенно верно. Даже в этом Волгоград уникален. Здесь все не так, что касается политики. Волга течет в правильную сторону, люди хорошие, добрые, красивые. Но вот политика… Борются насмерть, не понимая, что они — производное друг от друга. Ищенко — производная от Чехова, Савченко — производная Максюты. Не было бы одного — не было бы и другого. Так нечего на зеркало пенять. Они же борются сами с собой, со своими страхами и комплексами. Ничего, через четыре года все образуется. Придет время ярких личностей.
— Вы это связываете с новым президентским сроком?
— Нет, с выборным циклом в области. Обновление уже пошло, к тому времени оно станет заметно. Я очень верю в новое поколение наших политиков, я их вижу в новом горсовете. Вообще все то, о чем мы говорили, — это уже констатация прошлого. Город утратил свою пассионарность, но теперь маятник пошел в другую сторону. Уверен, что мы уже достигли низшей точки падения. Начинается новый заряд новой пассионарности. Я абсолютно уверен, что Волгоград через какое то время будет одним из трех или пяти лучших городов России.
Только что пришел с заседания группы единороссов в горсовете. Какие умные, интересные и грамотные люди! В городе много людей, которые засиделись, застоялись, не видят для себя кадровых перспектив и так далее. Потому что те, кто исполняет первые роли, сами не уходят, дорогу не уступают. А ведь славу Наполеона ковали его маршалы, которые были из простых солдат.
— Если бы ему дали в русской армии тот чин, который он хотел получить, он бы так и остался мсье Буонапарте, никогда не став Наполеоном.
— А если бы американская компания взяла на работу Карла Маркса, то у него бы не было времени писать «Капитал». Те умные, талантливые люди не на первых ролях — это неофициальная элита Волгограда. И она лучше официальной. Есть достойные кандидаты в губернаторы? Есть. Но их никто не рассматривает в таком качестве. А многих из тех, кого называют кандидатами в губернаторы, и рассматривать не стоит.
Когда я сюда приехал, я ощущал себе совсем одиноким. Теперь я вижу в том же горсовете людей реально интересней, лучше, умней, чем я. Мы создали ситуацию, в которой что-то новое было востребовано. Внесли конкуренцию в политику. Теперь все пойдет по правильному пути. Если, конечно, на конференции местной «Единой России» не сменят Савченко на Горюнова, который заявит, что все, следующим губернатором будет Максюта. И тогда политическая жизнь опять увянет без конкуренции. Вот это будет безнадёга — точка — ру.

Tags: Волгоград, город, опубликованное
Subscribe
promo anna_stepnova february 17, 2016 09:00 40
Buy for 50 tokens
Помните, я вам рассказывала о поездке в Михайловку со стульями для удобной жизни особенным детям? Один из них, Артем, недавно вернулся из реабилитационной поездки - тренировки с дельфинами. Мама пишет, что это настоящее чудо. Так-то у Артемки руки не очень слушаются, но с дельфином он управляется,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments